О Школе > Преподаватели > Владимир Куприянов
Владимир Куприянов

В 1976 году окончил Институт Культуры по спeциальности театрального режиссёра. В 1976-77 гг. служил в Советской Армии. С 1984 – доцент Полиграфического института. Первая персональная фото-выставка прошла в редакции «Строительной газеты» в1983 году.

В последние пятнадцать лет у Куприянова состоялось более 40 персональных выставок в Москве, Берлине, Граце, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде, Франкфурте, Лондоне, Париже и более 120 групповых в России, Швейцарии, Германии, Нидерландах, США, Австрии, Польше, Финляндии, Южной Корее, Литве, Словакии, Словении, Франции, Испании. Среди них выставки в Государственном Русском Музее, Centre Georges Pompidou, MIT Visual Art Center, Stedelijk Museum Amsterdam, Галерее Современного Искусства Zacheta, галереях «Школа», «Риджина», «Новая Коллекция», Carre Noir и др.

Годы жизни: 1954-2011.

 

Виктор Мизиано. Ноябрь 1991

Поэтика Владимира Куприянова определяется тремя ведущими категориями — реальностью, искусством и искренностью. Ранние дебютантекие работы гарантировали им сопряжение естественное до элементарности. Реальность укоренялась в документальной природе фотографического изображения; искусство в задаче выявления пластического совершенства достоверного мотива и в процедуре выстраивания отдельных отпечатков в тематическую секвенцию; искренность   в интенциональной природе съемки. Равноценность этих категорий в поэтике Куприянова предопределялась самим дебютантским характером данного этапа: шло изучение этих категорий как самоценных.

На последующем этапе поэтики Куприянова ведущие категории перестают быть просто лишь средством, они становятся также и целью. Иначе говоря, реальность, искусство и искренность (онтология, эстетика и персоналистическое начало) осознаются как проблема. Проблематичным для Куприянова становится и само сопряжение этих категорий в единый поэтический организм: проблематичность их сопряжения становится темой его работ.

В секвенции «Памяти Пушкина» (1985 г.) категория реальности приобретает двойную семиотичность. Куприянову уже не достаточно утверждать реальность самим фактом документальной природы фотографии. Реальность в данном случае утверждается и документальным фактом создания этих изображений: заказом на серию портретов для доски почета московской телефонной станции. Иначе говоря, созданные Куприяновым работы осознаются им как факт реальности и в дальнейшем используются им как «objet trouve». Категория искусства также приобретает двойную семиотичность и наглядно явлена в виде «objet trouve»: литературной цитатой из лирического наследия А. С. Пушкина. На этот раз поэтика Куприянова предполагает не резонанс основных категорий, а их контраст: категории реальности и искусства подвергаются семантической возгонке и конечной редукции. Редуцируется, разумеется, и категории искренности: ведь в работе осуществляется тотальный распад смысловых связей. Однако искренность продолжает оставаться составляющей поэтики Куприянова: ведь фотографические «objet trouve» — его собственные работы. Очевидно, что на данном этапе категория искусства играет в поэтическом организме главенствующую роль: имманентные искусству манипуляционные процедуры используются здесь в целях «соц-артистской» деконструкции, искусство претворяет реальность и ограждает персоналистическое начало.

Работа «Не отвержи мене от лица твоего...» (1990 г.) определяет последующий этап поэтики Куприянова. Разработанные ранее принципы дополняются несколькими новыми эффектами: категория реальности форсируется масштабами работы, приближающими достоверные мотивы к натуральным размерам, в то время как конструктивные сдвиги изображения и текстовая вставка, тематически резонирующая с изображением, знаменует новую ипостась категории искусства — ипостась риторики. Искренность форсируется готовностью выдержать прямой взгляд персонажей — готовностью беззаветно довериться реальности, провозгласить ее апологию. Очевидно, что на данном этапе категория реальности играет в поэтическом организме главенствующую роль: неожиданно вскрывшаяся в действительности мощная динамика (работа создана в 1990 году!) начинает подсказывать искусству конструктивную стратегию и начинает придавать новый смысл персоналистическому началу.

Цикл с использованием цветных монохромных фонов является ключевым для актуального этапа поэтики Куприянова.

Сопутствующие ему работы «Родионовы», форсирующая категорию реальности, или диптих «На отдыхе», выявляющий условную природу фотоизображения и форсирующий таким образом категорию искусства, являются производными от проблематики цикла. Цветные фоны обеспечивают фотообразам цикла неожиданный декоративный эффект.

При этом прозрачные зоны фотопленки выдают реальную материальность цветного фона — просвечивает банальная оберточная бумага. При этом же цветной монохромный фон выдает и реальную материальность изображения — пленку с фотоэмульсией.

Наконец, цветной декоративный фон позволяет претворить специфику фотоизображения, т. е. то, что перед нами любительская фотография из семейного альбома, и позволяет выявить его самоценную выразительность, т. е. измерение фотографического.

Очевидно, что на данном этапе категория искренности играет в поэтическом организме главенствующую роль: персоналистическое начало реализуется на этот раз в том, что категория реальности и искусства становягся предметом самостоятельного интенциопального рассмотрения.

В результате в новой поэтике Куприянова вновь гарантировано сопряжение основных категорий; как и сопряжение деконструктивистских и конструктивных процедур.

Творческая парабола привела Куприянова к осознанию симулятивной природы реальности и интенциональной природы изображения.

Иными словами, оказалась вскрытой глубинная структура любой фотографической поэтики.

Данное открыто, видимо, должно стать отправной точкой для новой гворческой параболы Владимира Куприянова.

 

Виктор Мизиано. Возвышенный исторический опыт Владимира Куприянова. Август 2008

 

В Школе им. А. Родченко – руководил мастерской «Проектная фотография».

О Школе > Преподаватели > Владимир Куприянов